Приказ № 227
«Ни шагу назад!»
Исторический контекст
Лето 1942 года стало одним из самых тяжёлых периодов Великой Отечественной войны. После успешного контрнаступления под Москвой зимой 1941–1942 годов советское командование предприняло ряд неудачных наступательных операций: катастрофа под Харьковом (май 1942), падение Севастополя (июль 1942), поражение на Керченском полуострове. Немецкие войска, перехватив инициативу, начали стратегическое наступление на юге — операцию «Блау», нацеленную на Кавказ и Сталинград.
К концу июля 1942 года ситуация на фронте была критической. Вермахт стремительно продвигался на юг и юго-восток. Был потерян Ростов-на-Дону — «ворота Кавказа». Немецкие войска рвались к нефтяным месторождениям Баку и Грозного — без кавказской нефти Советский Союз не мог продолжать войну. Одновременно другая группировка наступала на Сталинград — крупнейший промышленный центр на Волге.
Отступление советских войск на юге приобретало хаотичный характер. Некоторые части оставляли позиции без приказа, дисциплина падала. В этих условиях 28 июля 1942 года Сталин как нарком обороны подписал приказ № 227, получивший неофициальное название «Ни шагу назад!».
Приказ не публиковался в печати — он был зачитан перед строем во всех частях и подразделениях действующей армии. Рассекречен только в 1988 году, в период гласности.
Содержание приказа
Приказ № 227 состоит из двух частей: аналитической (описание обстановки на фронте) и распорядительной (конкретные меры).
Аналитическая часть откровенно описывала тяжесть положения: потеря территорий с населением и ресурсами, отступление на юге, угроза потери нефти и хлеба. Впервые в официальном документе такого уровня столь жёстко говорилось о масштабах потерь. Главный тезис: дальнейшее отступление означает гибель страны, поэтому необходимо «остановиться».
Распорядительная часть устанавливала три категории мер:
-
Штрафные батальоны (для среднего и старшего командного состава) — командиры, виновные в нарушении дисциплины, направлялись в штрафные батальоны (по 150–200 человек) и ставились на наиболее опасные участки фронта. Штрафники могли «искупить вину» ранением или отличием в бою.
-
Штрафные роты (для рядовых и младших командиров) — аналогичная мера для рядового состава. Штрафные роты (по 150–200 человек) формировались в рамках каждой армии.
-
Заградительные отряды (по 200 человек) — размещались в тылу «неустойчивых дивизий» для предотвращения самовольного отхода.
Приказ также ссылался на опыт противника: немецкое командование после зимнего поражения 1941–1942 годов ввело аналогичные меры по укреплению дисциплины.
Полный текст приказа
Приказ Народного Комиссара Обороны Союза ССР
№ 227. 28 июля 1942 года. Москва.
О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной Армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций.
Враг бросает на фронт всё новые силы и, не считаясь с большими для него потерями, лезет вперёд, рвётся в глубь Советского Союза, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и села, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа. Часть войск Южного фронта, идя за паникёрами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьёзного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамёна позором.
Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную Армию за то, что она отдаёт наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток.
Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много территории, много земли, много населения и что хлеба у нас всегда будет в избытке.
Этим они хотят оправдать своё позорное поведение на фронтах. Но такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам.
Каждый командир, красноармеец и политработник должны понять, что наши средства не безграничны. Территория Советского государства — это не пустыня, а люди — рабочие, крестьяне, интеллигенция, наши отцы, матери, жены, братья, дети. Территория СССР, которую захватил и стремится захватить враг, — это хлеб и другие продукты для армии и тыла, металл и топливо для промышленности, фабрики, заводы, снабжающие армию вооружением и боеприпасами, железные дороги. После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало намного меньше территории, стало быть, стало намного меньше людей, хлеба, металла, заводов, фабрик. Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину.
Поэтому надо в корне пресекать разговоры о том, что мы имеем возможность без конца отступать, что у нас много территории, страна наша велика и богата, населения много, хлеба всегда будет в избытке. Такие разговоры являются лживыми и вредными, они ослабляют нас и усиливают врага, ибо если не прекратим отступление, останемся без хлеба, без топлива, без металла, без сырья, без фабрик и заводов, без железных дорог.
Из этого следует, что пора кончить отступление.
Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв.
Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности.
Наша Родина переживает тяжёлые дни. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам ни стоило. Немцы не так сильны, как это кажется паникёрам. Они напрягают последние силы. Выдержать их удар сейчас, в ближайшие несколько месяцев — это значит обеспечить за нами победу.
Можем ли выдержать удар, а потом и отбросить врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заводы в тылу работают теперь прекрасно, и наш фронт получает всё больше и больше самолётов, танков, артиллерии, миномётов.
Чего же у нас не хватает?
Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять нашу Родину.
Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции. Нельзя терпеть дальше, когда командиры, комиссары, политработники допускают, чтобы несколько паникёров определяли положение на поле боя, чтобы они увлекали в отступление других бойцов и открывали фронт врагу.
Паникёры и трусы должны истребляться на месте.
Отныне железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно являться требование — ни шагу назад без приказа высшего командования.
Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соответствующие комиссары и политработники, отступающие с боевой позиции без приказа свыше, являются предателями Родины. С такими командирами и политработниками и поступать надо, как с предателями Родины.
Таков призыв нашей Родины.
Выполнить этот призыв — значит отстоять нашу землю, спасти Родину, истребить и победить ненавистного врага.
После своего зимнего отступления под напором Красной Армии, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы для восстановления дисциплины приняли некоторые суровые меры, приведшие к неплохим результатам. Они сформировали более 100 штрафных рот из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, поставили их на опасные участки фронта и приказали им искупить кровью свои грехи. Они сформировали, далее, около десятка штрафных батальонов из командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, лишили их орденов, поставили их на ещё более опасные участки фронта и приказали им искупить кровью свои грехи. Они сформировали, наконец, специальные отряды заграждения, поставили их позади неустойчивых дивизий и велели им расстреливать на месте паникёров в случае попытки самовольного оставления позиций и в случае попытки сдаться в плен. Как известно, эти меры возымели своё действие, и теперь немецкие войска дерутся лучше, чем они дрались зимой. И вот получается, что немецкие войска имеют хорошую дисциплину, хотя у них нет возвышенной цели защиты своей родины, а есть лишь одна грабительская цель — покорить чужую страну, а наши войска, имеющие возвышенную цель защиты своей поруганной Родины, не имеют такой дисциплины и терпят ввиду этого поражение.
Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших врагов, как учились в прошлом наши предки у врагов и одерживали потом над ними победу?
Я думаю, что следует.
Верховное Главнокомандование Красной Армии приказывает:
1. Военным советам фронтов и прежде всего командующим фронтов:
а) безусловно ликвидировать отступательные настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том, что мы можем и должны якобы отступать и дальше на восток, что от такого отступления не будет якобы вреда;
б) безусловно снимать с поста и направлять в Ставку для привлечения военному суду командующих армиями, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций, без приказа командования фронта;
в) сформировать в пределах фронта от одного до трёх (смотря по обстановке) штрафных батальона (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины.
2. Военным советам армий и прежде всего командующим армиями:
а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров корпусов и дивизий, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа командования армии, и направлять их в военный совет фронта для предания военному суду;
б) сформировать в пределах армии 3–5 хорошо вооружённых заградительных отряда (до 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникёров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной;
в) сформировать в пределах армии от пяти до десяти (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной.
3. Командирам и комиссарам корпусов и дивизий:
а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров полков и батальонов, допустивших самовольный отход частей без приказа командира корпуса или дивизии, отбирать у них ордена и медали и направлять их в военные советы фронта для предания военному суду;
б) оказывать всяческую помощь и поддержку заградительным отрядам армии в деле укрепления порядка и дисциплины в частях.
Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах, штабах.
Народный комиссар обороны СССР И. Сталин
Значение документа
Приказ № 227 — один из самых известных и дискуссионных документов Великой Отечественной войны.
Перелом в настроениях. Приказ сыграл важную психологическую роль. Его предельно откровенный тон — признание масштабов отступления и потерь — контрастировал с привычными бодрыми сводками Совинформбюро. Многие фронтовики впоследствии вспоминали, что именно после приказа «Ни шагу назад!» изменилось настроение в войсках: стало ясно, что ситуация критическая, но руководство не скрывает правду и принимает жёсткие меры.
Штрафные подразделения. За время войны через штрафные батальоны и роты прошло, по разным оценкам, от 400 до 430 тысяч человек. Это составляло около 1,2% от общего числа мобилизованных (34,5 млн). Штрафники направлялись на самые опасные участки, их потери были значительно выше средних. Срок пребывания в штрафном подразделении — от 1 до 3 месяцев (или до ранения).
Заградительные отряды. Тема заградотрядов стала одной из самых мифологизированных в истории войны. В массовой культуре сложился образ заградотрядов, которые расстреливали отступающих. Историческая реальность сложнее: основной функцией заградотрядов было задержание дезертиров и отставших, а не расстрел отступающих частей. По данным исследователей, абсолютное большинство задержанных возвращались в свои части. Заградотряды существовали и до приказа № 227 (с лета 1941 года) и были расформированы осенью 1944 года.
Сталинградский контекст. Приказ был издан за несколько недель до начала Сталинградской битвы (17 июля — 2 февраля 1943). Хотя он не был причиной стойкости защитников Сталинграда (она объяснялась прежде всего патриотизмом, мужеством и отчаянием), приказ задал рамку — отступать больше некуда. Сталинград стал символом того самого «ни шагу назад».
Историографическая дискуссия. Оценки приказа полярны. Одни историки считают его необходимой мерой в критический момент войны, спасшей армию от развала. Другие указывают на жестокость штрафной системы и на то, что причины отступления лежали не в недостатке дисциплины, а в ошибках стратегического руководства (в том числе самого Сталина). Документ остаётся предметом дискуссии, что делает его особенно ценным для заданий ЕГЭ на аргументацию.
Значение для ЕГЭ
Приказ № 227 — один из наиболее часто используемых документов в заданиях по теме «Великая Отечественная война»:
- Задания 6, 13–14 — определение по фрагменту. Маркеры: «ни шагу назад», «штрафные батальоны», «заградительные отряды», «отступать дальше — значит загубить себя», упоминание потерь территории и ресурсов.
- Задание 18 — причинно-следственные связи: почему приказ был издан именно в июле 1942 (отступление на юге, угроза потери Кавказа и Сталинграда), каковы последствия (укрепление дисциплины, создание штрафных подразделений, перелом в настроениях).
- Задание 21 — аргументация: был ли приказ необходимой мерой или проявлением жестокости (аргументы обеих сторон).
Ключевые даты: май 1942 (Харьковская катастрофа), 28 июля 1942 (Приказ № 227), 17 июля 1942 — 2 февраля 1943 (Сталинградская битва), 19 ноября 1942 (начало контрнаступления под Сталинградом).
Типичная ловушка: приказ подписан Сталиным как наркомом обороны (а не как Верховным главнокомандующим или Генсеком). Приказ издан до начала уличных боёв в Сталинграде, а не во время них. Штрафные подразделения существовали до конца войны, но заградотряды были расформированы в 1944 году.
Источник: Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13 (2–2). Приказы народного комиссара обороны СССР. 22 июня 1941 — 1942 г. М., 1997. С. 276–279
